RU EN
lrg rst sml

Авторизация

Запомнить

OS

34%Windows XP
34%Windows 7
8%Windows NT
6%Mac OS X
5%Linux
floors_1.pngSvetotechnika N3 2005

Экспорт новостей

 
Николай Алексеевич Рынин Печать E-mail
(к 100-летию выхода в свет первого российского руководства по расчету и проектированию естественного освещения зданий)
Image

Николай Алексеевич — москвич, родился 11 декабря 1877 г. Его отец, военный чиновник Алексей Абрамович Рынин, служил «по военно-судной» части и через несколько лет был назначен помощником секретаря Кавказского военно-окружного суда Тифлиса. В гостеприимной Грузии Рынины прожили всего год. Глава семейства скоропостижно скончался и осиротевшая семья переехала к родным в Симбирск. В 1888 г. Николай поступает в Симбирскую мужскую классическую гимназию. Ту самую, которую за год до этого окончил Владимир Ульянов. Прилежный гимназист Рынин штудирует математику, физику, а после уроков с упоением глотает книги. «Я уже тогда перечитал всех русских и иностранных классиков, — вспоминал он впоследствии. — Но особенно нравились мне сочинения Жюля Верна, Майн Рида и Густава Эмара». Скорее всего, именно фантастические романы Жюля Верна на всю жизнь заразили мальчишку интересом к межпланетным космическим путешествиям.

Окончив гимназию, Николай надумал поступать в старейшее транспортное высшее учебное заведение России — Институт инженеров путей сообщения в Санкт-Петербурге. Летом 1896 г. он успешно сдал конкурсные экзамены и даже стал стипендиатом «как особо успевающий и нуждающийся в пособии». Началась новая студенческая жизнь, полная лекций и дружеских вечеринок. «Особенно в то время я увлекался начертательной геометрией, профессором которой был тогда В.И. Курдюмов, — вспоминал Николай Алексеевич, — и должен обратить внимание на один важный фактор: развитие моего воображения и фантазии. В этом отношении мне сильно помогли мои занятия по начертательной геометрии… Как убедил меня последующий опыт, инженер должен обладать кроме знаний по своей специальности еще и техническим воображением и фантазией».

Очень скоро по рекомендации Курдюмова талантливый ученик взялся давать платные уроки "начерталки" студентам других институтов. Так уже с первого курса он смог отказаться от денег матери. Надо сказать, что столь нелюбимая многими студиозами "начерталка" благодаря усилиям Рынина через много лет станет настоящей инженерной наукой. Впоследствии один из своих фундаментальных трудов по начертательной геометрии он посвятит «памяти незабвенного учителя, профессора В.И. Курдюмова», напишет его биографию и составит библиографию трудов.

Как одного из лучших студентов, прекрасно владеющего французским языком, Николая отправили на стажировку во Францию. Там на заводе в Лилле он работал слесарем и монтером по сборке паровозов. После 3-го курса он проходил практику на Николаевской железной дороге, строил каменную плотину на станции Крюково. А когда поступил заказ от железной дороги Оренбург—Ташкент, студенту 5-го курса Рынину доверили проектировать ледорез моста через реку Урал. Вот где пригодились богатые знания в области начертательной геометрии и математики! Эта курсовая работа стала основой его монографии «Ледорезы».

В июне 1901 г. Николай защитил дипломный проект и получил звание "инженера путей сообщения с правом составления проектов и производства всякого рода строительных работ". Рынин поступает на Николаевскую железную дорогу, «определяется штатным инженером IX класса и инженером для технических занятий при техническом отделении службы пути» и сразу берется за несколько серьезных заданий. Проектирует здание котельной для вагонных мастерских, пакгауз с крытым навесом на станции Москва и выполняет расчеты металлической решетчатой балки на колоннах и двухшарнирного рельсового навеса в Петербурге. По его проектам и на станции Вышний Волочек строятся консольные пассажирские платформы и пешеходный мост.

Очень скоро Рынин становится большим авторитетом в области проектирования металлических конструкций. В 1903 г. он с блеском рассчитывает перекрытия для реконструкции главного здания, склада и модельной мастерской Александровского завода в Санкт-Петербурге. А еще он знакомится с профессором Н.Н. Митинским, они вместе разрабатывают проект сетчатого металлического покрытия призматической фермы над пассажирским павильоном на станции Вышний Волочек.

Работая в техническом отделе Конторы по переустройству Санкт-Петербургского железнодорожного узла, Рынин энергично берется за реконструкцию здания Николаевского (ныне Московского) вокзала. Для начала он создает новую теорию расчета освещенности проектируемых помещений в зависимости от интенсивности дневного света, размера и формы окон, расположения их в пространстве (вертикальные, горизонтальные, наклонные). Он сумел учесть практически все: рассеивание и отражение света от стен, потолка и пола, угол наклона светового луча к плоскости окон, даже влияние на освещенность помещения расположенных близ окон различных зданий и сооружений и поглощение света стеклами разных сортов и цвета.

Image
Титул книги

На основе своей теории он дал конкретные рекомендации по проектированию окон для жилых и производственных помещений, выбору их рациональных размеров и форм, размещению. Все это использовалось при реконструкции здания Николаевского вокзала. За успешную работу Николай Алексеевич был награжден орденом св. Станислава III степени.

Image
 
Image
Оглавление книги

Казалось бы, перед Рыниным открыты все двери… Почему же он перед 1-й Мировой войной подает в отставку и уходит с Николаевской железной дороги, почему поступает в родной Институт инженеров путей сообщения на должность адъюнкта? Конечно, его влечет педагогическая деятельность, но все же основной причиной столь резкого поворота стало его серьезное увлечение авиацией. Это было время первых полетов, и воздухоплавание притягивало к себе пытливые умы и смелые сердца. Среди талантливых инженеров и выдающихся ученых, стоявших у истоков отечественного воздухоплавания, был и Н.А.Рынин.

Еще в начале 1908—1909 учебного года на доске объявлений института появилось скромное объявление: "Организуется студенческий кружок по изучению воздухоплавания". Основные цели кружка: изучение научных основ воздухоплавания, ознакомление с современным состоянием техники и популяризация идеи воздухоплавания среди студентов института. Почетным членом и руководителем кружка со дня его основания становится Рынин. Кружок издает свой журнал «Аэромобиль», где публикуются доклады студентов и преподавателей, заслушанные на заседаниях кружка, статьи о воздухоплавании, новости первых полетов на воздушных шарах, дирижаблях и аэропланах.

А с октября 1909 г. в Институте инженеров путей сообщения Рынин начал читать лекции по общему курсу воздухоплавания и по устройству авиационных двигателей. Тогда же он и студенты-члены воздухоплавательного кружка приступили к созданию аэромеханического кабинета. Вот чем он предполагал оснастить лабораторию: приборами для изучения законов сопротивления воздуха при движении моделей воздухоплавательных аппаратов, приспособлениями для испытания винтов — пропеллеров — и для исследования действия аппаратов с реактивными двигателями (уже тогда его интересовали вопросы реактивного движения). Как инженер-путеец Рынин считал необходимым иметь в лаборатории приборы для изучения аэродинамических свойств воздуха в применении к железнодорожному делу — для выяснения характера снежных и песчаных заносов, расчета мостов, маяков и крыш. И вскоре в лаборатории уже стояла небольшая аэродинамическая труба (диаметр 0,3 м, мощность двигателя 0,25 л.с.), и Николай Алексеевич передал в дар институту разработанный и изготовленный им прибор для испытания воздушных винтов. Потом появилась вторая труба — диаметром 0,65 м, с двигателем мощностью 16 л.с. Рынин сам конструирует и вместе со студентами делает приборы. Уже в 1911 г. в лаборатории есть установки, которые определяют давление ветра на здания, крыши, мосты. Рынин исследует зависимость давления воздуха на тело от изменения их угла наклона к его направлению.

В те годы Рынин в своей лаборатории провел серию опытов по экспериментальному изучению воздействия ветра на здания и крыши. В отличие от других исследователей, он измерял не только величину давления ветра, но и характер распределения этого давления на поверхности стен и крыши. Для каждой конструкции здания и конфигурации крыши строились аэродинамические спектры. Для сравнения аналогичные опыты Рынин проводил в институтской гидравлической лаборатории. Модели помещались в специальные каналы. В воду добавлялись цветные порошки и фотографировались водяные потоки и струи, обтекающие с заданной скоростью эти модели. Полученные гидродинамические спектры сравнивались с аэродинамическими. Итогом работы стали разработанные Рыниным расчетные схемы для различных конструкций зданий и крыш.

Еще летом 1909 г. Николай Алексеевич отправляется во Францию и Германию, чтобы побывать на авиасостязаниях и познакомиться с летательными аппаратами. В Россию Рынин возвращается с твердым желанием научиться летать. Ну должен человек, серьезно занимающийся теорией воздухоплавания и авиации, уметь летать! И он начинает учиться управлять воздушным шаром, дирижаблем и самолетом. В августе 1910 г., после сдачи экзаменов, установленных Международной аэронавтической федерацией, ему было присвоено звание пилота-аэронавта, дающее право управлять сферическими аэростатами любой конструкции. Рынину вручили удостоверение №3. Тогда же по итогам состязаний он получил приз за установление всероссийского рекорда высоты подъема на свободном аэростате и премию за точность приземления на сферическом аэростате. Кроме трех полетов на воздушных шарах Николай Алексеевич совершил подъемы на воздушном змее и на змейковом аэростате.

Под впечатлением блестящих успехов русских летчиков Николай Алексеевич энергично взялся за учебу во Всероссийском аэроклубе, где были аэропланы системы «фарман» с двигателями «Гном» мощностью 50 л.с. Через год он уже сдает экзамен, прекрасно выполняет полеты и получает удостоверение пилота-авиатора №24. А еще он летал на немецких дирижаблях, сидел в одной кабине с конструктором Сикорским во время полета самолета "Илья Муромец". С чувством огромной радости уходил в этот день с аэродрома Николай Алексеевич. Он был счастлив тем, что и его труд инженера, педагога и ученого вложен в достижения отечественного воздухоплавания и авиации. «Оглядываюсь в последний раз на "Илью" и невольно вспоминаю такой же момент, когда я покидал "Цеппелин"… Но тогда у меня было чувство невольного беспокойства о том, что у нас в России нет такого корабля, такого могучего орудия, каким обладает Германия. Теперь же… у меня было ощущение полного спокойствия, я видел, что в России создан воздушный корабль, который не только сумеет отразить нападения всяких воздушных врагов, но и послужит к дальнейшему прогрессу и мирной жизни России».

Судя по всему, Николай Алексеевич уже тогда предвидел большое стратегическое и тактическое значение авиации в войне. Он понимал преимущества быстрого и неожиданного нападения на противника, проведения дальней и ближней разведки, корректировки артиллерийской стрельбы, быстрой и экстренной перевозки людей, грузов и почты. В одной из своих предвоенных статей он пришел к выводу о необходимости строительства в России аэропланов, аэродромов, эллингов, средств сигнализации, связи и организации обороны против воздушного нападения.

В 1917 г. выходит из печати фундаментальный научный труд Рынина «Теория авиации», где Николай Алексеевич использует богатый экспериментальный материал, накопленный в аэромеханической лаборатории, показывает основные аэродинамические характеристики различных поверхностей, пластинок и решеток при прямом и косом ударе воздуха. На основе законов сопротивления воздуха он излагает элементарную теорию планера (движение, его устойчивость и рули высоты) и парашюта. Специальная глава книги посвящена исследованию работы и расчету винтомоторной группы. Эта книга многие годы была основным учебным курсом для студентов факультета воздушных сообщений и энциклопедией теории и практики проектирования самолетов в нашей стране.

Ему повезло — после революции работы Рынина, его авторитет были непререкаемы. Большевики тоже хотели иметь мощную авиацию, поэтому профессор нашел свою нишу. Создав в 1920 г. в Институте инженеров путей сообщения факультет воздушных сообщений, Николай Алексеевич целиком переключается на научную деятельность в области изыскания, проектирования, строительства и исследования экономической эффективности аэротранспорта.

А итогом всей педагогической и научной деятельности Рынина в области авиатранспорта стал классический учебный курс «Проектирование воздушных сообщений». Он был рекомендован Управлением учебных заведений Аэрофлота в качестве основного учебника для студентов втузов гражданского воздушного флота.

Понимая, что предел увеличения скорости и высоты полета обычных винтомоторных самолетов ограничен, Николай Алексеевич видел будущее авиации в развитии реактивной техники. «Дальнейшее проникновение аэроплана в стратосферу, — писал он в 1937 г., — возможно лишь при полете с большими скоростями и при применении реактивных двигателей. Точнее — это будут уже крылатые ракеты… Наконец, еще большие скорости полета дает ракета сама по себе — без крыльев. В этом отношении мы имеем увлекательные и многообещающие перспективы».

С начала 1920-х гг. Рынин начинает серьезно заниматься проблемами ракетной техники и космических полетов. Он автор более 40 работ по этой теме. Среди них — фундаментальные исследования, научные и популярные статьи, газетные заметки. Особое место в области исследования ракетной техники и космонавтики, безусловно, занимает его космическая энциклопедия «Межпланетные сообщения». Этот уникальный труд публиковался с 1928 по 1932 г. В 9 томах Николай Алексеевич изложил весь известный в те годы материал по реактивной технике и космическим полетам. Примечательно, что еще почти за 30 лет до запуска первого в мире спутника Земли Рынина интересовали основные проблемы полета космического снаряда — скорость взлета, допустимые ускорения и форма: «Форма аппарата зависит от условий его полета. Пока он летит в атмосфере, его форма должна обладать наименьшим сопротивлением движению в воздухе (может, она будет сигарообразной)… Когда же аппарат выйдет из пределов атмосферы, то здесь форма его делается безразличной… аппарат мог бы иметь шарообразную форму, наподобие небесных тел».

Особое место в космической энциклопедии Рынина занимает том, посвященный К.Э.Циолковскому, его жизни и научной деятельности. Эта книга была издана в 1931 г. к 75-летию великого ученого и изобретателя. В предисловии Рынин писал: «Константин Эдуардович Циолковский, русский ученый и изобретатель, известен многим как самобытный исследователь в самых разнообразных вопросах науки и техники". Он стал не только одним из первых биографов Циолковского, но и страстным пропагандистом его трудов, сочинений и изобретений. Благодаря этой книге многие ученые, инженеры и техники в нашей стране и за рубежом получили возможность ознакомиться с основными идеями Циолковского в области ракетной техники и космонавтики.

Сам Константин Эдуардович высоко ценил эту работу Рынина и направлял ее многим своим зарубежным адресатам, которые интересовались его трудами и изобретениями.

С началом войны профессор Рынин получил генеральское звание и вместе с родным институтом эвакуировался в Казань, где умер 28.07.42 г. Похоронен на одном из казанских кладбищ. Его именем назван кратер на обратной стороне Луны.

Статья С. КОНСТАНТИНОВОЙ из журнала "Изобретатель и Рационализатор", №4(700) за 2008 г. воспроизводится с небольшими сокращениями и добавлениями рисунков.

 
« Оптический метод расчета естественного освещения   К теоретическому анализу эмпирической яркости фасадов »